Академия и хаос - Страница 50


К оглавлению

50

— Мое несчастье состоит в том, что меня считают человеком, способным на злой умысел. Я не злодей и не всеядный политик, который готов проглотить всех и каждого, кто ему мешает, и использовать с выгодой для себя любое событие.

Судя по всему, более распространяться на эту тему Чен был не намерен.

— Несомненно, господин Председатель. Могу я задать вам еще один вопрос — исключительно из личных и профессиональных соображений, во избежание ненужной суеты в свете того, сколько еще предстоит сделать за столь короткое время?

— Попробуйте, — отозвался Чен, но так скривил губы, что Бун понял: говорить надо по возможности кратко и четко.

— Вы намерены арестовать Гааля Дорника, сэр? Чен ненадолго задумался и ответил:

— Да.

— Завтра, сэр? — Да, конечно.

Бун поблагодарил Чена, и, к его невыразимому облегчению, Чен позволил ему уйти.

После того как адвокат удалился, Чен приступил к просмотру собственных баз данных и несколько минут посвятил поиску первого упоминания о том, что Селдон будет предан суду за измену, оброненного либо им самим, либо кем-либо в его присутствии. Чен мог поклясться, что впервые эту мысль высказал именно он, однако записи показали, что он жестоко ошибается.

Первым, как выяснилось, сказал об этом Лодовик Трема во время невинного разговора, имевшего место около двух лет назад. Теперь же предстоящий процесс казался Чену как весьма небезопасным, так и сулящим колоссальные перспективы, и перспективы с лихвой перекрывали опасности! Ведь это был самый легкий путь, чтобы навести полный порядок и образцовую чистоту во дворце! Но как мог Лодовик заранее, за столь долгое время знать, что все так обернется?

Чен закрыл файлы и несколько секунд просидел в тишине. Как бы сейчас повел себя Лодовик, чтобы извлечь максимум политической выгоды? Председатель Комитета резко расправил плечи и постарался избавиться от чувства зависимости. Надо же было настолько доверять мнению одного-единственного человека! Нет, это определенно проявление слабости.

— Больше я не стану вспоминать о нем, — поклялся себе Чен.

Глава 29

Клия проснулась от негромкого стука в дверь и быстро оделась. Открыв дверь, она сначала ужасно расстроилась, а потом, наоборот, обрадовалась тому, что стучал не Бранн. За ней прислали другого, незнакомого ей молодого человека. Этот не был ни далити, ни тем более — таким красавцем, как Бранн.

Незнакомец был невысокого роста, хрупкий, родом наверняка из Мизара. Нос у него был длинный, а кожу покрывали частые оспинки — следы перенесенной в детстве лихорадки. И еще, он оказался немым и объяснялся с Клией на языке жестов, распространенном среди рыночных ростовщиков. Этот язык Клия хорошо понимала.

— Меня зовут Рок, — представился молодой человек, сжав кулак и ударив по нему другой рукой. — С тобой будет говорить Невидимка, — сообщил он и улыбнулся, увидев, что девушка поняла хотя бы часть его жестов.

— Невидимка? — Клия дважды провела пальцами перед глазами, тем самым показав, что удивлена, но за Роком пошла.

Рок жестами «произнес» слово по буквам, и Клия догадалась, о ком речь. Она должна была встретиться с Плассиксом, но, конечно, она его не увидит. Ведь его никто никогда не видел.

Плассикс молчал. Как и ожидала Клия, он прятался за стеной. Клия стояла внутри небольшой комнатки с гладкими стенками. У одной стенки располагался цилиндр из прозрачного стекловидного материала, у другой — стул. В других стенках были двери. Одну из них плотно закрыл за собой удалившийся Рок, на прощанье что-то нечленораздельно промычав и учтиво поклонившись.

Цилиндр наполнился бледным свечением, внутри проявилась фигура хорошо одетого пожилого мужчины с волнистыми каштановыми, коротко стриженными волосами. Выражение его лица было приятным и немного загадочным. Кожа смуглая, губы очень тонкие, почти неразличимые.

Клия видела телемимов в библиофильмах и разных развлекательных программах. Как бы на самом деле ни выглядел Плассикс, это голографическое изображение будет послушно передавать все его движения и мимику. Клия терпеть не могла любые обманы, и данный случай не стал исключением. Она уселась на жесткий стул и строптиво сложила руки на груди.

— Тебе известно, кто я такой, — сказал мим и опустился на невидимый стул внутри цилиндра. — А тебя зовут Клия Азгар. Мне все верно сообщили?

Клия кивнула.

— Ты пришла к нам по совету Каллусина. Теперь таким, как ты, все труднее жить на Тренторе без помощи.

— Пожалуй, — уклончиво отозвалась Клия и поджала губы.

— Тебе здесь будет хорошо. На этих складах много всяких увлекательных вещей. Можно потратить всю жизнь на изучение истории создания всего, что мы импортируем с других планет.

— Я не большая любительница истории, — сказала Клия. Плассикс улыбнулся.

— В истории каждый из нас может найти что-то для себя.

— Послушайте, я сюда пришла по доброй воле.

— А такое понятие, как «добрая воля», существует, на твой взгляд?

— Конечно, — ответила Клия.

— Конечно, — эхом отозвался Плассикс. — Пожалуйста, прости за то, что я прервал тебя.

— Я хотела сказать, что все это немного странно. Эти склады и то, что вы не показываетесь на глаза никому… Странно. Может быть, мне стоит лучше остаться самой по себе.

Плассикс кивнул.

— Вполне понятное и объяснимое желание. Вот только, к сожалению, удовлетворить его нельзя, поскольку ты уже находишься здесь. Надеюсь, причины такого ограничения тебе понятны.

— Вы думаете, что я кому-нибудь расскажу про вас. Той женщине, что за нами охотится.

50