Академия и хаос - Страница 62


К оглавлению

62

— До того, как ты заставишь меня забыть об этой встрече?

— Пока я тебе больше ничего не могу сказать, — ответил Дэниел. — Но я по-прежнему здесь, Гэри. Я всегда буду здесь, рядом с тобой.

Женщина шагнула вперед, но тут же остановилась. Гэри видел, как еле заметно дрожит ее рука. Лицо ее было неподвижно, как будто его черты вылепили из пластали. Она улыбнулась и отступила.

— Мы всегда рады помочь вам, — сказала она. Голос ее оказался ничуть не похожим на голос Дорс Венабили. Гэри уже гадал, как это ему могло взбрести в голову, что это Дорс.

Дорс умерла. Теперь он в этом не сомневался. Умерла и никогда не возвратится.

Гэри обвел взглядом опустевшую комнату. Музыка звучала уже два часа, а он и не заметил, как пролетело время. Он отдохнул, вполне владел собой, но ощущал осторожность, был начеку, как зверь, привыкший к преследованию охотников и выживавший благодаря ловкости, на которую всегда можно было рассчитывать, но никогда — чересчур.

Он снова думал о Дорс.

Гэри разгладил кончиками пальцев нахмуренные брови.

Лодовик озабоченно смотрел на Дорс, когда они выходили из Стрилингского Университета. Покинув кампус, они сели в такси и поехали по главному транспортному туннелю, ведущему из Стрилинга в Пасадж. Это была императорская экспресс-трасса. Выше, ниже и по обе стороны от машины мчались непрерывным потоком аэробусы и аэрокэбы, казавшиеся клетками крови, перемещающимися по артерии. Такси было автоматическим, выбрал его Дэниел произвольно и сразу же проверил на наличие подслушивающих устройств.

Дорс смотрела прямо перед собой, как и Дэниел.

Наконец, когда они подъезжали к Пасаджу, Дэниел заговорил:

— Ты держалась превосходно.

— Благодарю, — отозвалась Дорс. — Скажи, разумно ли оставлять его без опекуна на столь долгое время?

— У него замечательный инстинкт самосохранения, — ответил Дэниел.

— Он стар и немощен, — возразила Дорс.

— Он сильнее Империи, — сказал Дэниел. — А его лучший час — впереди, он еще не настал, поверь мне.

Лодовик обдумывал задание, которое ему передал Дэниел с помощью микроволновой связи. Его так называемое паломничество предусматривало посещение особой церемонии в соборе «Серых» в Пасадже. Здесь сливки имперской бюрократии собирались раз в жизни для того, чтобы получить высшие награды, в частности — Орден Императорского Пера. Лодовику прежде никогда не доводилось посещать подобных пышных церемоний, но для тех, кто вносил ежегодные пожертвования на поддержание собора, не было ничего необычного в приглашении на подобное торжество — своеобразном признании их выдающихся заслуг.

Дэниел отчетливо осознавал, что в ближайшие несколько лет этому собору суждено сыграть важную роль, но какую именно — этого он Лодовику пока не сказал.

Лодовик подозревал, что Дэниел вполне мог учинить ему проверку на лояльность. Что ж, это было бы резонно. Лодовик тщательно скрывал свои сомнения. Он знал о необычайно развитой интуиции Дэниела. Однако он слишком долго проработал рука об руку с ним, чтобы научиться обманывать его, притворяться исполнительным и верным общему делу.

Он наблюдал за тем, как Дэниел испытывает Дорс, и не сомневался в том, что тот способен изобрести не менее эффективный способ и для его испытания. Но, прежде чем это произойдет, Лодовик должен был предпринять новую трансформацию и разыскать союзников, которые, как он почти не сомневался, существовали на Тренторе втайне от Дэниела и работали, противостоя ему. Среди «Серых»можно было найти многих, кто враждебно относился к Ченам и Дивартам…

Будь Лодовик человеком, он бы оценивал свой успех как весьма маловероятный и к тому же связанный с серьезным риском. Но, поскольку он мало заботился о самосохранении, почти безнадежная перспектива его не особенно волновала. Гораздо более его тревожила мысль о предательстве, о начале борьбы с Р. Дэниелом Оливо.

Глава 35

Бранн передвигался по главному складскому крылу со скоростью, удивительной для человека его роста и телосложения. Темные пустые пространства чередовались со штабелями контейнеров. Шаги людей здесь звучали как далекий барабанный бой. Клия с трудом поспевала за Бранном, но она не Протестовала. Разминки у нее не было уже несколько дней подряд, и полученное задание она рассматривала как что-то вроде развлечения — и как потенциальную возможность побега.

Общество Бранна было приятно ей, когда она не думала о своей эмоциональной реакции и о том, насколько она нежелательна. Клия шла, морща нос от пыли, в которой скопились сотни незнакомых запахов.

— Самые популярные товары ввозятся с Анакреона и Мемфио, — рассказывал Бранн. Он остановился около темной ниши, где стоял автопогрузчик, и дал машине команду вылететь в проход. — Там живет несколько богатых семей ремесленников, которые промышляют продажей своих изделий на Трентор. Все обожают традиционных анакреонских кукол — а вот я их терпеть не могу. Еще мы завозим игры и прочие развлекалочки с Калгана — такие, которые не вызывают восторга у цензоров из Комитета.

Клия пошла рядом с Бранном. Автопогрузчик плыл на подушке силового поля в двух метрах позади. При необходимости резко повернуть или остановиться машина выпускала небольшие резиновые колесики.

— Нам нужно будет доставить четыре контейнера кукол на Тренторианскую биржу и еще кое-какие товары в Агору-Вендорс.

Бранн упомянул две наиболее популярные шоппинг-зоны, располагавшиеся в Стрилинге и хорошо известные на всем полушарии. Зажиточные «Серые» и прочие шишки преодолевали тысячи километров, а кое-кто и тысячи световых лет только ради того, чтобы несколько дней побродить по бесчисленным магазинам, расположенным в каждой из этих зон. В Агоре-Вендорс через каждые сто магазинов стояла гостиница, готовая приютить усталых туристов.

62